Моя-Книга.РФ

Книга: Русские женщины (Составители Павел Крусанов, Александр Етоев)

Книга: Русские женщины (Составители Павел Крусанов, Александр Етоев)

от 484 р. до 612 р.


Описание

Странное дело: казалось бы, политика, футбол и женщины - три вещи, в которых разбирается любой. И всё-таки многие уважаемые писатели отказались от предложения написать рассказ для нашего сборника, оправдываясь тем, что в женщинах ничего не понимают.
Возможно, суть женщин и впрямь загадка. В отличие от сути стариков - те словно дети. В отличие от сути мужчин. Те устроены просто, как электрические зайчики на батарейке "Дюрасел", писать про них - сплошное удовольствие, и автор идёт на это, как рыба на икромёт.
А как устроена женщина? Она хлопает ресницами, и лучших аплодисментов нам не получить. Всё запутано, начиная с материала - ребро? морская пена? бестелесное вещество сна и лунного света? Постигнуть эту тайну без того, чтобы повредить рассудок, пожалуй, действительно нельзя. Но прикоснуться к ней всё же можно. Прикоснуться с надеждой остаться невредимым. И смельчаки нашлись. И честно выполнили свою работу. Их оказалось 43. Слава отважным!
Составители: Павел Крусанов, Александр Етоев.

Смотри также Характеристики.

О книге

ISBN978-5-389-06431-7
ИздательАзбука
Автор(ы)
ПереплетСуперобложка
Год издания2014
Возрастные ограничения18
Кол-во страниц640
СерияThe Big Book

Сравнить цены

Цена от 484 р. до 612 р. в 3 магазинах

МагазинЦенаНаличие
Лабиринт

5/5

612 р.
Наличные, б/н, visa, qiwi, webmoney, я.деньги
Читай-город

5/5

484 р.
Book24

5/5

484 р.
Буквоед

5/5

Круглосуточно работает call-центр

Яндекс.Маркет

5/5

10000 отзывов

Как купить или где мы находимся +

Отзывы (5)

  • - 22 ноября 2015

    5/5

    прикрепляю фотографии:

    0    0

  • - 3 октября 2014

    5/5

    Несколько слов к аннотации на книгу "Русские женщины", размещенной на страничке Лабиринта "Странное дело: казалось бы, политика, футбол и женщины - три вещи, в которых разбирается любой..." Женщина стала вещью и приравнена к футболу - браво.

    0    0

  • - 20 июля 2014

    4/5

    прилагаю фото книги..

    0    0

  • - 4 июля 2014

    1/5

    Этот сборник, по справедливости, следовало бы назвать "Русские мужчины", потому что про женщин в нём практически ничего не написано. Есть 2-3 удачных рассказа, написанных женщинами, а потому действительно рассказывающих что-то о русских женщинах. Всё остальное - смрад дешёвого алкоголя. Когда русские мужчины напиваются, у них есть привычка слать такие повествования в виде смс любым подвернувшимся женщинам. Сплошные перегарные самолюбования подвыпивших мужчин, называющих себя писателями, - женские имена упоминаются для того, чтобы полнее раскрыть тонкую, ранимую душу русского мужчины. Также в этом сборнике можно найти много мазохизма, матерщины, криминальных сводок о наркоманах, убийцах и т.п. Конечно, повествование бы застопорилось без исключительно депрессивных глубин той самой "русской души". Беспросветно, мрачно, алкоголично. О русских женщинах есть пара предложений.

    0    0

  • - 14 мая 2014

    5/5

    Сборник "Русские женщины". Рассказ А. Хуснутдинова «Спасение».

    У Марьи Александровны, учительницы литературы, пропадает единственный сын с семьей, то ли фээсбешник, то ли разведчик. Сначала Марья Александровна отправляется на его физические (скажем так) поиски, по месту пропажи, в Германию, затем - в метафизические, в Пушкиногорье, где сын тоже любил отдыхать с семьей.

    Деление на физический и метафизический планы в художественном произведении само по себе не удивительно, но в "Спасении" эти планы склещиваются так, что возникает вопрос, как тут вообще может быть реализована человеческая воля.

    Рассказ начинается с разглагольствования об изотропной природе ангелов (шизоаналитического «тела без органов» и т. п.) и ремарки, что в материальном смысле ангелы - "вообще кастраты". Отголосок разрыва этих планов тревожно запечатлен в бейрутской коробочке с "ампутированным достоинством" - ее спецслужбы используют в качестве меры воздействия на кого-то из похитителей русских дипломатов в Ливане, и отсюда, скорей всего, ведет нить к исчезновению сына Марьи Александровны. Примечательно, что и сама Марья Александровна, перед тем как отправиться в свое двойное путешествие, переживает шизоидное состояние "тела без органов" - "полой статуи, покрытой изнутри копотью сожженных внутренностей". В Германии она обнаруживает две вещи. Находит, во-первых, домашнюю кошку сына, - "серо-буро-малиновое чудовище", когда-то рассорившее ее и с сыном, и с внуком, некогда спасшим животное, теперь седую "от морды до кончиков лап", с белизной шерсти, "как у старого, истоптанного снега". Во-вторых, понимает, что забыла имя сына, точней, забыла его "настоящее имя", точней, поняла, что Вовка - не настоящее имя, а "название его приземленного существа". Здесь, возможно, срабатывает дилемма, поставленная пропажей Вовки: герой или предатель? Выбора этого не существует для матери, но его предстоит сделать той (ангелической) части ее разделившегося существа, которой и открылась "недостача". Ученический передерг пушкинского "Пророка" ("в пустыне страшной я влачился") превращается в "страшную пустыню" на месте прежнего мира Марьи Александровны, "подлая", "как у старого, истоптанного снега" седина "серо-буро-малинового чудовища" становится прологом "ослепительной зимы", которая сдирает с мира старые названия и готовит его принять имя, "способное распечатывать самую смерть".

    Может, имя это не составило бы тайны для Марьи Александровны, если бы она была верующим человеком, но ее проблема еще в том, что ее человеческая воля в мире, с которого "названия содраны вместе с кожей" — лишь один из пунктов в списке онтологических констант. В этом списке категория случайности отсутствует. Скажут, что в любом тексте случайность отсутствует по определению, что случай в произведении искусства только называется случаем, а на деле это пункт в том самом списке констант. Все верно, только случайное с точки зрения художника и случайное с точки зрения описываемого им мира – антагонистичные материи. Случай для художника - одно из средств в его арсенале вершителя судеб, орудие авторского произвола, случай для мира, который описывает художник - онтологическая категория, имманентная этому миру. И как онтологическую категорию его еще нужно уметь выделить. Например, в пушкинской "Метели" все действие, на первый взгляд, фундировано случайностью: сначала жених не попадает на венчание, затем вместо него венчается другой человек, который годы спустя случайно открывается случайной жене. Но случайностью является только то, что происходит со счастливым женихом. Первый жених пролетает мимо церкви не по воле случая. Метель и необходимость быть в нужном месте в нужное время – это не столько драматургические, сколько физические предпосылки того, чтобы оказаться в нужное время в ненужном месте.

    В "Спасении" я нашел всего одно событие, которое можно определить как случайность. Это вызволение главной героиней котенка из крысиных лап. Но могло ли это не произойти после того, как стало известно о поседевшей кошке по имени Масяня (производное от Марии, NB), спасенной внуком Марьи Александровны? Могло ли это не произойти после того, как в монастыре, где мальчишки затем укажут ей на котенка, она видела кошку, похожую на Масяню? Говорят, во ВГИКе будущим Вампиловым преподают такой трюк: если действие топчется на месте и не знаешь, что делать с героем, отправь его в командировку. То есть случай - это и деус экс махина для персонажа, и палочка-выручалочка для автора. Но эпизод с котенком нельзя отнести ни в разряд авторского произвола, ни в разряд онтологии. Когда Марья Александровна, всю жизнь не терпевшая кошек, спасает рыжего заморыша, то тем самым она выказывает, простите за трюизм, полную внутреннюю готовность к такому повороту событий. То есть эпизод обусловлен драматургически. Говорить о сверхъестественном участии здесь можно только в буквальном смысле. Спасение котенка - замаскированная, отложенная кульминация, знак абсолютного преображения главной героини. После Германии (с ее "обезоруженными ангелами" и обезоруживающими доказательствами смерти сына) Марья Александровна ищет не человека по имени Вовка, а некие первоначала его существа, замаскированные физическим миром. Для нее, учительницы литературы, теперь этот физический мир - мир "непоправимой ошибки", которую можно только содрать со всеми другими именами, мир "страшной пустыни" пушкинского серафима, где притом беспощадной деконструкции подлежат даже строки самого "Пророка".

    Кульминация и развязка в рассказе совпадают. О преображении и спасении (теперь понятно, каком) Марьи Александровны читатель узнает вместе с мужиком, который достает из ее сумки котенка, а тот тащит крестик на цепочке. Сразу, по рефрену приговорки, услышанной Марьей Александровной в Михайловском полвека назад, в мужике этом опознается существо не совсем материальное. То самое существо, чья изотропная структура послужила другу детства Марьи Александровны, "бедовому" Михайлову (NB), предметом для рассуждения о разной природе людей и ангелов.

    0    0

Добавить отзыв



Книги с похожим названием

Искать все [209]

Другие книги авторов: Составители Павел Крусанов, Александр Етоев

Искать все книги автора

 

Книги: Современная отечественная проза - издательство "Азбука"

Категория 387 р. - 580 р.

Современная отечественная проза - издательство "Азбука" »

1 ms.

Книги: Современная отечественная проза

Категория 387 р. - 580 р.

ADS
закладки (0) сравнение (0)

 

preloader

156 ms